Рачья Арзуманян: Для успешного завершения борьбы с прошлым Никол Пашинян нуждается в опытных политиках, дипломатах, аналитиках и военных

Эксперт по вопросам национальной безопасности Рачья Арзуманян в интервью АрмИнфо комментирует последние внутриполитические события в Армении. Делится своим видением ситуации, необходимости незамедлительного осуществления целого ряда шагов в направлении коренного реформирования судебной, законодательной и исполнительной власти, системы национальной безопасности. Перечисляет возможные вызовы и угрозы на пути новой власти. 

Считаете ли Вы возможным уже сегодня дать оценку деятельности нового правительства и, почему нет, поделится прогнозом или версиями его предстоящих шагов?          

На первый взгляд, события в Армении достигли своего порога и до внеочередных выборов прогнозировать принципиально-новые изменения преждевременно. Самая мощная часть государственной машины позволяющая достичь быстрых перемен, исполнительная ветвь власти, контролируется Николом Пашиняном. И то, что рычаги машины оказались в молодых руках одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо, так как новое поколение, выросшее на компьютерных играх, достаточно быстро может овладеть навыками работы с «новой игрой». Плохо, что они пока что плохо представляют работу госаппарата и крайне важно осознать, что его основными элементами являются люди. Как следствие, желание повысить эффективность системы государственного управления, оказывается сложной социальной, а не только технологической проблемой. Молодость новых министров несет с собой еще одну потенциальную угрозу, когда у новой команды появляется желание качественно улучшить работу государственной машины, стремясь заставить ее выполнять функции, для которых она пока что не приспособлена. Нужно понимать, что к подобному ускорению, прежде всего, не готовы люди, работающие сегодня в государственной системе. Чтобы государственный аппарат адаптировался и смог работать в новой технологической среде, к которой привыкли молодые, нужно время. 
 

В продолжение темы. О проблемах в сфере обеспечения национальной безопасности двух армянских республик Вы говорили достаточно давно. Нашли ли они отражение в развернувшейся публичной дискуссии новоназначенного секретаря Совбеза с экс-министром обороны?

Не думаю. На мой взгляд, данная дискуссия была неуместной, когда были неправы обе стороны, - каждая по-своему, но меня интересует Секретарь Совета Безопасности, а не экс-министр обороны. Как это странно не прозвучит, но новоназначенный Секретарь Совета Безопасности Армен Григорян оказался в качественно более сложной ситуации, чем премьер-министр Никол Пашинян. Последнему в наследство достался функционирующий аппарат исполнительной власти, который создавался и шлифовался на протяжении десятилетий, в том числе той же Гражданской службой Армении. Аппарат Совета безопасности Армении фактически был уничтожен в течение последних десятилетий. В 1996-97 гг., созданный в годы Арцахской войны Ашотом Манучаряном и прекрасно работающий аппарат Совета безопасности, был демонтирован по причине несогласия с намечающимися решениями Левона Тер-Петросяна по Арцаху. Попытка Артура Багдасаряна выстроить в 2008 году аппарат Совбеза на основе западной, более сложной и адекватной среде безопасности, философии и подходов, также была свернута, исходя из политических, а отнюдь не государственных и стратегических соображений. В результате после разворачивающейся бархатной революции надо практически с нуля создавать аппарат Совета безопасности Армении. А это довольно специфичный тип деятельности, требующий целостного мышления, опыта и особых компетенций. Да, есть кадры в Генеральном штабе ВС РА, способные мыслить системно и разрабатывать концепции безопасности, однако их очень мало, и они сильно перегружены. У нас большой кадровый голод в очень специфичной сфере, в которую невозможно широко раскрыть двери. И это более чем серьезный вызов, требующий решений – сегодня, сейчас. Новому Секретарю Совета безопасности придется решать множество сложных задач, формировать отклики на вызовы и угрозы, многие из которых пока что не проявлены, и одновременно создавать аппарат. Это крайне сложная и ответственная активность. Поэтому думаю Армен Григорян не прав, когда позволяет себе тратить время на такого рода дискуссии с прошлым. Это чересчур большая роскошь. На сегодняшний день после крайне неудачной в вопросах национальной безопасности конституционной реформы мы имеем сильно урезанный в функциях Совет безопасности, его секретаря, но отнюдь не аппарат. Крайне тревожная ситуация и Армену Григоряну необходимо незамедлительно приступить к работе, привлекая потенциал всего армянства. Нужно понимать, что времени для этого у нас мало и у Армении крайне ограниченные возможности влиять на процессы в регионе.

Дело "Сасна црер" и остальных политзаключенных в очередной раз продемонстрировало подвешенность и зависимость судебной системы от исполнительной власти. Система оказалась просто не в состоянии осуществлять собственные функции без звонков из кабинетов и взяток. Какими Вам представляются перспективы разрешения данного кризиса?  

На мой взгляд, данный кризис находится в начальной стадии своего разрешения, во всяком случае его начало уже положено. Противостояние, связанное с проблемой самоопределения судебной ветви власти, уже разворачивается, и оно не менее драматично, чем процесс смены власти в Армении. Однако у подпавшей практически в полную зависимость, превратившейся в инструмент в руках исполнительной власти, судебной власти сегодня появляется уникальный шанс на самоопределение, когда она делает первые шаги на долгом пути превращения в действительно независимую ветвь власти. Для этого она должна использовать отстранение новой исполнительной властью от контроля власти судебной и выйти из политической борьбы, покинуть политику. Чтобы это произошло судебная ветвь власти, ее корпус должны преступить через личные интересы и встать на путь выражения и защиты интересов своих институтов. Волю к такому самоопределению должна проявить именно судебная власть, а не исполнительная. Первым шагом на этом пути мог бы стать столь ожидаемые армянским обществом решения по проблеме политических заключенных. И, делая этот шаг, судебная власть могла бы апеллировать не только к букве, но и духу закона, обратившись, при необходимости, к процедуре помилования, амнистии. Надеюсь, что в армянской системе судебной власти есть личности, способные к осознанию и защите корпоративных, а не только личных интересов. Исполнительная власть в лице Никола Пашиняна уже заявила о готовности идти по пути предоставления судебной власти времени для самоопределения. Однако, учитывая бессрочную голодовку Гарегина Чугасзяна, времени у судебной власти ограничено и окна возможностей крайне узкое. 

В этом плане голодовка лидера "Учредительного парламента", представляется, явлением, направленным не просто на освобождение политзаключенных, а, собственно, реформирование порочной судебной системы...

Высказанные Гарегином Чугасзяном в недавнем интервью мотивы голодовки отнюдь не сводятся к призыву немедленно выпустить всех политзаключенных. Целью голодовки является привлечение внимания общества к необходимости коренного реформирования судебной власти как института. Нужно понимать, что сломить сопротивление судебной власти, ориентируясь исключительно на силу закона и право не получится. Чугасзян видит необходимость в дополнении буквы и силы закона - политической силой и давлением общества, как это было в парламенте в начале мая. Иными словами, методы, примененные для преодоления сопротивления представительской ветви власти в лице РПА, должны быть применены и для преодоления сопротивления судебной власти. С этой целью до сведения судей необходимо довести, что времена изменились, и они стоят перед выбором – уйти или перейти на сторону общества с получением шанса на будущее. В конце концов, как говорит Гарегин Чугасзян, носителями 95% проявлений системной коррупции и иных преступлений в судебной системе являются лишь 5% ее представителей. Полностью демонтировать судебную систему нельзя, но можно быстро решить проблему пресловутых 5% и пойти на компромисс с остальными. На мой взгляд, голодовка Чугасзяна направлена именно на претворение в жизнь данного подхода. Тем не менее, на мой взгляд, обязательным условием такого компромисса является осознание необходимости жесткого давления со стороны общества, чтобы поддерживать работоспособность судебной системы, пока не произойдет окончательная смена кадров и, соответственно, психологии. А это десятилетия. И еще одно немаловажное соображение. Своими подкрепленными голодовкой требованиями Гарегин Чугасзян вплотную подводит исполнительную власть и общество в целом, к осознанию необходимости ускорить внеочередные выборы. Именно выборы дадут обществу возможность взять под контроль представительскую власть и, имея в распоряжении уже две ветви власти, оно получит возможность существенно усилить давление на судебную власть, создав необходимые предпосылки для построения в Армении действительно независимой судебной власти.

Мы видим, как республиканцы при поддержке все еще финансируемых ими СМИ разворачивают мощную кампанию по очернению правительства Никола Пашиняна. Критикуются как сами назначения, так и все - сделанные и даже не сделанные шаги. На кого помимо жаждущей перемен сознательной части армянского общества может опереться новая власть в борьбе с, упорно сопротивляющимся коррумпированным прошлым?

Борьба Никола Пашиняна с все еще контролирующей представительную и судебную власти РПА только разворачивается. В том числе, и в информационном пространстве. В этой борьбе Пашинян, на мой взгляд, действительно нуждается в поддержке и совете опытных и авторитетных политиков, дипломатов, аналитиков и военных. Убежден, что лица, обладающие подобным потенциалом и опытом в Армении и армянстве, есть. Достаточно многие из них воодушевлены открывшимся окном возможностей и готовы помочь новому правительству.