“Дипломатия тостов” как путь для евроинтеграции Армении

АрмИнфо.Очень похоже, что перспективы подписания 24 ноября 2017-го на брюссельском саммите "Восточного партнерства" Всеобъемлющего соглашения Армения-ЕС уже мало у кого вызывают сомнения. Существовавшие до последнего времени небольшие препятствия практически устранены, а страны-члены ЕС уже уполномочили Европейскую комиссию подписать документ. О готовности подписать соглашение неоднократно заявлял и официальный Ереван. Единственным все еще обсуждаемым вопросом является согласование заключительной декларации брюссельского саммита…

Перспективы подписания предыдущего ассоциативного Всеобъемлющего соглашения Армения-ЕС были сведены к нулю 3 сентября 2013 года после московского заявления президента Армении Сержа Саргсяна о вступлении Армении в Таможенный союз. Примечательно, что в отличие от так и не опубликованных текстов Соглашения об ассоциации (Association Agreement, AA) и Соглашения о глубокой и всеобъемлющей зоне свободной торговли (Deep and Comprehensive Free Trade Agreement, DCFTA), нынешнее Соглашение уже стало достоянием общественности. 357-страничный документ акцентирует необходимость утверждения в Армении справедливости, свободы, безопасности; реформировании Конституции и судебной сферы; соблюдении прав человека и основных свобод, при условии участия ЕС в финансировании различных проектов в Армении.

Примечательно, что в отличие от ситуации 2013-го говорить сегодня о резком противлении Москвы подписанию Соглашения Армения-ЕС не приходится. В первую очередь ввиду его "облегченности" в сравнении с документом, готовящемся к подписанию в 2013-м. Согласившись на подписание “облегченного”, без экономической компоненты,

документа с Ереваном, действующая Еврокомиссия фактически дала отмашку на “республиканскую” политику “и-и” взамен предлагаемого Еврокомиссией предыдущей “или-или”. И констатируя смягчение позиции Еврокомиссии по соглашению с Арменией, следует напомнить, что прежняя, более жесткая, позиция Брюсселя по своей сути имела геополитический антироссийский окрас.

Приходится констатировать, что с появлением на постсоветских просторах сначала Таможенного, а потом Евразийского союзов политика ЕС в отношении стран постсоветского пространства в целом и Армении в частности, собственно, и не менялась. Евразийская интеграция Армении, начало которой было положено 3 сентября 2013-го отнюдь не стала концом отношений Брюсселя с Ереваном. Евросоюз в лице Совета глав МИД ЕС, проявив достаточную степень гибкости и уже 12 октября 2015 года в Люксембурге инициировал новые переговоры с Арменией, промежуточным этапом которых стало парафирование 21-го марта сего года Соглашения о всеобъемлющем и расширенном партнерстве Армения-ЕС. Таким образом, Брюссель продемонстрировал желание работать в направлении Армении на долгосрочную перспективу.   

Причин подобному сдержанному, но все же оптимизму Европы в направлении постсоветского пространства, характеризуемому Москвой в качестве “зоны жизненных интересов” предостаточно. И главным основанием, позволяющим Брюсселю продвигать европейскую интеграцию в пику евразийским проектам Москвы, является недостаточно серьезное отношение московских чинов к странам, которые они обычно называют “периферией”. И самое главное собственным интеграционным проектам. Отношения с Арменией, Казахстаном, Беларусью и Киргизией очень часто не выходят за рамки “дипломатии тостов”, что для бывшей метрополии, действительно рассматривающей бывший “совок” в качестве “зоны жизненных интересов”, является непозволительной роскошью.           

В рамках данной логики, точнее ее отсутствия, директивы и предписания исполнительного орган ЕАЭС - Евразийской экономической комиссии, в целом, носят сугубо декларативный характер и на деле не выполняются. Причем, самым парадоксальным образом не выполняются самим застрельщиком Евразийской интеграции - Россией. Чиновники “на местах” в различных областях РФ и даже федеральном правительстве зачастую предпочитают директивы и предписания ЕЭК просто не замечать. И примеров тому десятки, если не сотни. Говорить в подобном свете о безусловном выполнении статей евразийского законодательства Ереваном, Минском и, тем более, в свете последнего скандала между Астаной и Бишкеком не приходится.       

В контексте вышеперечисленного, приходится констатировать, что ЕЭК в реальный наднациональный орган так и не превратилась, и в первую очередь, стараниями самой Москвы. Последнее открывает ЕАЭС не самые радужные перспективы если не развала, то превращения в организацию со статусом английской королевы. В новейшей постсоветской истории уже есть пример подобной организации в лице созданного с подачи Москвы СНГ. Деятельность данной организации последние два десятилетия носит “бумажный” характер, практическая же сторона ограничивается участием президентов и глав министерств в различных саммитах, приуроченных к той или иной связанной с СНГ дате.      

Приходится констатировать, что, по большому счету, ЕАЭС сегодня держится на воле одного человека. Как долго этот человек будет сидеть в Кремле неизвестно, пожалуй, ему самому, что, безусловно, придает дальнейшим перспективам ЕАЭС дополнительную туманность. И сегодняшнему руководству России при разработке долгосрочной политики на постсоветском пространстве, следует это учитывать, не сводя собственные отношения с бывшими советскими республиками к перемежающейся периодическими угрозами “дипломатии тостов”. Подобная линия представляется залогом кратчайшего из существующих путей евроинтеграции не только Армении, ни и других постсоветских стран. И гибкость Евросоюза в отношениях с той же Арменией, как минимум, говорит об осознании европейцами подобной перспективы.