Понедельник, 15 Мая 2017 13:47

АрмИнфо. Интервью ИК АрмИнфо с заместителем исполнительного директора СК “Сил Иншуранс” Левоном Мамиконяном

 

Как вы оцениваете развитие страхового рынка Армении в 2016 году и чем обуславливаете рост?

 

Конечно, есть несколько традиционных методов оценки и характеристики состояния рынка, однако в первую очередь  необходимо оценивать уровень “плотности” страховых услуг среди населения, который рассчитываетcя по размеру собранных страховых премий на душу населения, т.е. характеризует насколько активно население пользуется страховыми услугами. В качестве примера приведу некоторые данные: в США уплаченная страховая премия составляет $3527 на одного человека, в Германии- $2904, в Китае - $158, в России - $297, а в мировом масштабе - $627 в среднем. Для сравнения скажу, что по итогам 2016 года эта цифра в Армении составила всего порядка $23. Но не будем забывать, что несколькими годами ранее этот показатель в Армении составлял мизерные $2, при том что и страховых компаний на рынке было больше. 

 

Ситуация в страховании – это отражение экономического развития – чем хуже ситуация в экономике, тем, естественно, ниже показатели рынка. Прошлогодний рост страховых премий на 5% означает, что рынок топтался на месте, так как источниками этого небольшого роста выступили главным образом ОСАГО и  в какой-то мере страхование имущества и общей ответственности.

 

Рост по ОСАГО можно обусловить ввозом в страну около 15 тыс автомобилей (собранная премия увеличилась на 600 млн драмов), по имущественному страхованию – несколькими крупными проектами (позволившими нарастить  премии на 400 млн. драмов), начатыми  при финансировании из внешних источников (продолжение строительства дороги Север-Юг, ряда водохранилищ, и т.д.), по добровольному страхованию здоровья прирост премий составил 420 млн. драмов, а по ответственности – в связи с вхождением Армении в ЕАЭС стало действовать обязательное требование страхования различных видов ответствености -  таможенных брокеров, складов и перевозчиков.

 

И какие же после этого прогнозы на 2017 год возможны – пессимистичные или оптимистичные?

 

На 2017 год у меня пока пессимистичный прогноз. По страховым премиям ожидаю рост на прошлогоднем уровне, может чуть больше – до 7%, причем резкого роста не предвидится даже в ракурсе прогнозируемого правительством более высокого экономического роста. И даже этот 5-7%-ый рост обеспечат точечные проекты, такие как альтернативная энергетика, дальнейшее строительство дороги Север-Юг, отдельные проекты по восстановлению автодорог (скажем отрезок Ванадзор-Баграташен), ну и конечно же ОСАГО.

 

Предпосылками для ускорения роста могли бы служить запуски крупных проектов, скажем возобновление страхования здоровья госслужащих (так называемый соцпакет) и другие крупные инвестиционные проекты, но они пока только декларируются и конкретики по ним еще нет. А ведь в этом случае можно было бы  предположить вероятный рост в 2017 году где-то в диапазоне 20-25%.

 

Какие основные тенденции развития страхового рынка Вы бы выделили?

 

В первую очередь я бы назвал повышенное внимание правительства к этому сегменту экономики и финансового рынка как с точки зрения самого рынка, так и управления рисками в экономике в целом. В первую очередь это касается намерения создать механизм страхования сельскохозяйственных рисков. Это, как правило, дотационный вид страховой деятельности и развивать его нужно при поддержке государства. Важны и намерения государства усилить систему социальных гарантий населения посредством перехода от добровольного к обязательному медицинскому страхованию (ОМС). Осенью 2017 года или в 2018 году вероятно первый этап реформы заработает, а там посмотрим. Кроме того, в правительстве уже идут разговоры о внедрении страхования экологических рисков. Все эти шаги нового правительства вдохновляют.

 

Что скажете о законодательных изменениях 2016 года и намечаемых в 2017г? 

 

В 2016 году они касались ОСАГО - бонус-малус и прямые возмещения - они немаловажные, но не глобальные. В Закон о страховании и страховой деятельности было внесено 17 поправок, но и они, в основном, носили стилистический характер или касались каких-то методов бухучета или имели юридический характер на предмет гармонизации с другими законами или подзаконными актами.

Но на один момент я бы хотел обратить ваше внимание – в 2016 году поднимался вопрос о страховании от землетрясений. Дело в том, что несколько лет страховые компании в классе страхования имущества от стихийных бедствий осуществляли также страхование от землетрясений, но размер выплат по полису или случаю согласно договору перестрахования был лимитирован – на 1 случай полагалась определенная сумма, скажем $3 млн, т.е. при серьезном бедствии рынок может столкнуться с проблемами. Ни одна частная страховая компания не может самостоятельно решить этот вопрос, а значит он нуждается в государственном решении. Иначе говоря, нужно создать национальную программу по защите от землетрясений и страхованию рисков, как, например, это сделали в близкой к нам географически и находящейся в идентичной сейсмической зоне Турции, где это носит характер обязательного компонента. Турецкий катастрофический страховой пул был учрежден в 2000 году после разрушительного землетрясения 1999 года. Пул был предназначен заменить собой государственные обязательства по финансированию реконструкции домов после землетрясений.

Программа осуществляется как обязательное страхование, привязанное к регистрации строений. Ставки различаются в зависимости от степени риска. Стандартное покрытие для коммерческих предприятий предполагает совместное со страхователем участие в риске: 80% покрыто полисом и 20% оплачивает страхователь. Франшиза 2% применяется по каждому убытку.

Для частых строений пул защищает лимит в – около 100 000 долларов США, любое превышение может быть перестраховано на местном рынке. Пул открыт только для местных компаний. Страховые премии колеблются от 30 до 60 Евро в год, что согласитеь не дорого. В период с 2000 по 2003 годы в Турции произошли около 50 землетрясений, и пул выплатил 4200 владельцам строений около 7 млн долларов США. Указанная программа считается лучшей в мире системой страхования от землетрясений.

В Армении проводились с помощью японцев определенные исследования и расчеты, однако продолжение этого процесса нам не известно.

 

Почему же государство затягивает с этим делом?

 

Видимо не хотят увеличивать финансовую нагрузку в кризисной ситуации, поскольку это может привести к недовольству. Кроме того необходимы финансы и время для разработки проекта. Необходимо также привлечение к этому вопросу крупных иностранных перестраховочных компаний.

 

Как раз, я хотела спросить относительно перестраховочного бизнеса: какие страны являются основными держателями армянских рисков? Риски передаются напрямую страховыми компаниями или отдается предпочтение перестраховочным брокерам? Как Вы оцениваете в целом перестраховочный рынок Армении, и каковы его основные тенденции?

 

Наш рынок небольшой и в глобальном смысле нет интереса со стороны перестраховщиков. Отсутствие интереса в первую очередь обусловлено небольшой страховой премией, передаваемой в перестрахование. Так, например, ОСАГО занимает в среднем 55% рынка, но по этому сегменту нет смысла в перестраховании, так же как и в другом сегменте - страховании здоровья (17% от собранной премии).  А из остальных 28%, а это где-то $18.5 млн на перестрахование передается около $9.4 млн в год и эта сумма не может вызвать “ажитож” на рынке перестрахования.

 

Сегодня с Арменией работают российские “Ингосстрах”, “Росгосстрах” и еще несколько россиских небольших страховых компаний, а из крупных международных – немецкая Allianz SE, английская Lloyd, французская SCOR, Польская перестраховочная компания, по отдельным сделкам есть участие корейской, швейцарской и немецкой компаний. Т.е. где-то 10 перестраховщиков работают с армянскими страховыми компаниями на постоянной основе. Например, французкая SCOR работает уже более 10-15 лет. И если свой перестраховщик не работает по какому-то классу, то приходится искать другого специализированного, как, например, в случае со “штучными” рисками - строительно-монтажные работы, дороги, ТЭС, и т.д. Часть наших страховых компаний работает с перестраховщиком напрямую, а часть – через страховых брокеров.

 

Правда в последнее время возрос интерес со стороны некоторых перестраховщиков к крупным тендерам, таким, как проект автодороги «Север-Юг», к страхованию профессиональной ответственности – таможенных брокеров, а также к вопросу о страховании от землетрясения. Нас регулярно теребят перестраховщики из Индии и Китая, которым стратегически интересны как крупные, так и малые рынки, но иметь дело с новыми непроверенными компаниями пока рисковано.  

 

Какие законодательные требования препятствуют или затрудняют работу  иностранных перестраховочных компаний в Армении?

 

Это предъявляемая к перестраховщикам высокая шкала рейтинга – не ниже “А-”, и еще резервирование определенной суммы с договора с армянским страховщиком, если перестраховщик имеет более низкий рейтинг.  

 

Вы спрогнозировали на 2017-2018гг повышение коэффициента убыточности с 55% до 60%, против 51% в 2016г. Чем это обусловите?

 

Мой прогноз исходит от ОСАГО, в связи с внедрением компонента бонус и ужесточением компонента малус в системе бонус-малус, а также в связи с внедрением механизма прямых возмещений. Тут потери компаний будут больше. Могут быть и издержки в связи с переходом к ОМС. 

 

Может ли число страховщиков, как это случилось с банками, сократиться?

 

Я думаю нет – уже норматив капитала увеличен с 500 млн. до 1.5 млрд драмов. Теперь ЦБ нужно удержать баланс. Осталось 6 страховых компаний, которых вполне достаточно для армянского рынка. Но, вполне прогнозируемо, что при внедрении каких-либо новых обязательных видов страхования, как скажем ОМС, норматив общего капитала может быть ужесточен.